Любовь и любовь - почувствуйте разницу

Их может быть двое, или трое, или даже пятеро - мужчин, с которыми хочется говорить, до которых приятно дотрагиваться, которым не откажешь в близости, потому что они исключительные. Потому что они Мужчины, именно с большой буквы, никак иначе.

Впрочем, чтобы пятеро в один период времени - это нереально, конечно. Хорошо, если пятеро за всю жизнь встретятся, уже можно считать удачей и подарком судьбы, а то ведь рискуешь так и просидеть со своей высокой планкой на скамейке запасных. То есть ты вся такая неземная принцесса, и они - неплохие, милые, симпатичные, даже в чем-то умные и удачливые, и все равно - запасные. От безысходности, от одиночества, от желания быть рядом с мужчиной. Нет, с Мужчиной, который все никак не встречается.
Но не мне жаловаться. Мне - встречаются, спасибо небесной канцелярии. Заслужила или получила за будущие заслуги - не знаю. Главное. что я довольна, что мне интересно жить, что душа радуется.
Итак, все пятеро, или трое, или даже двое не могут быть равнозначны, иначе бы они были клонами. Безусловно, если они попали в сферу моих интересов (а при всей своей широте сканирования внешнего мира, эта область для меня жестко ограничена определенными критериями), они между собой похожи. И все же есть отличия, которые можно описать словами.
Ну например, я - биверт. Мне легко общаться экстравертно, наедине с собой я интровертна. Казалось бы, экстраверту приятнее иметь дело с экстравертом, они друг другу понятнее, более открыты. Да, такое общение для меня комфортное, именно в качестве общения. Но если речь об отношениях, я бы предпочла побыть интровертной, то есть сама собой, какой родилась изначально.
Интроверт, да еще инициальный подтип, тянется к экстраверту, при этом - к терминальному подтипу.
А два инициальных - это слишком много эмоций даже для меня.
Итак, с одним легко общаться, круг интересов совпадает, пересекается, а где не пересекается - создает дополнительные возможности узнать что-то новое, приобщиться к чужому незнакомому миру. Личная заинтересованность с обеих сторон наводит на мысли... на всякие мысли... А если ты знаешь, что сексуальная программа совпадает (и даже ему этого знать не обязательно), то уж от мыслей точно никуда не деваться, если только душить их в колыбели. И то, до какого времени удастся душить? Дружить? Да, вполне возможно, что попытка дружбы будет увенчиваться успехом, пока оба позволяют себе думать, что дружба между мужчиной и женщиной возможна. Я знаю, что невозможна, но честно говорю себе, что хочу такой дружбы, чтобы не искушаться напрасно. Хотя... собственно, почему не искушаться и что такое "напрасно"? При взаимной интеллектуальной и душевной заинтересованности секс напрасным явно не будет. А думать о том, что сексом можно испортить любые хорошие отношения глупо, потому что во-первых, это правда, а во-вторых, тогда лучше сразу в монастырь и усмирять дух. А уж дух сам как-нибудь пусть сам с плотью справляется, вот еще я буду по разным фронтам распыляться.
Итак, есть человек, с которым все замечательно, и было и будет, и до какого времени это "будет" продлится - значения не имеет. Обязательства хороши до тех пор, пока они внутренние и не обременены навязанным чужим мнением. Пока обоим хорошо - они и так будут общаться, надоест - надо расставаться и помнить о том, как было хорошо.
Но что делать, когда на фоне этой самой взаимопонимающей и сексуально привлекательной эйфории существует и другой человек, тоже из этой редкой породы Мужчин, которых почти невозможно встретить, а встретив - нельзя отпустить.
И он при своей экстраверсии - интровертен во многих проявлениях, он не будет много говорить, пока не доверится тебе настолько, что сможет расслабиться, не в компании, наедине. Что он привык скрывать свои даже отрицательные эмоции, потому что знает за собой способность быть невыносимым и обидеть даже случайно. А уж положительные скрывает тем более, чтобы не слишком лезли в душу. Которому чужая активность кажется подозрительной и агрессивной, а пассивность - подозрительной и опасной своей непредсказуемостью. С которым ты хочешь расслабиться - и в конце концов понимаешь, что все не так просто, что каждую минуту мир меняется. И тебе приходится быть на страже своих слов, эмоций, ощущений, обострить слух, зрение, интуицию до предела, чтобы не совершить ошибки.
Черт, написала и поняла. что это не любовь, это бред, война. А значит, я подстроилась, приняла условия игры. Так не должно быть, не настолько. Или я сейчас так вижу, а раньше было что-то другое?
В общем, есть любовь и любовь.
В обоих случаях самоотдача, желание общаться, быть рядом, поддерживать и получать поддержку.
Но с одним все кажется простым и понятным, не потому что простое и понятное, а потому что подстройка сработала очень тонко, и нет проблем дружить или заняться сексом, все будет в удовольствие и в радость.
А с другим ты постоянно перенастраиваешься, ловишь волну, расслабляешься и снова всматриваешься, так ли, все ли хорошо. И хочется дружить, и секса хочется, и все готова отдать за его благополучие, всем пожертвовать, даже этим самым сексом, лишь бы его присутствие в твоей жизни не заканчивалось никогда.
И понимаешь, что одни отношения - это жизнь и реальность, а другие - ожидание жизни и тяжелый бред.
И что из этого любовь?
Я знаю разницу, я сделала свой выбор... Или я думаю, что я сделала свой выбор?

Гардероб с улыбками

Кто-то умудряется в типовой квартире выкружить место под гардеробную.
Кто-то ставит модные зеркальные шкафы-купе с подсветкой.
Кто-то распихивает вещи по традиционным стенкам и комодам.
А я равнодушна к вещам.
И у меня есть целый гардероб с улыбками.
Улыбки на все случаи жизни, зовущие и ледяные, внимательные и виноватые, сопереживающие и отсутствующие, язвительные и невинные.
Мне нравятся мои улыбки. Они умеют показать то, что я чувствую в данную минуту, даже не пользуясь словами. И они умеют скрыть то глубинное, что живет во мне от века. Внутри себя я очень печальный человек, я почти никогда не улыбаюсь и радуюсь таким редким и удивительным вещам, о которых мало кто подозревает. И чем мне хуже и грустнее внутри, тем позитивнее моя улыбка, тем она шире и радостнее.
Если у меня приподнятое настроение, я шучу и громко развлекаюсь, - значит, совсем кранты.
Удивительно, как я совмещаю эти две свои ипостаси. Возможно, это из-за би-вертности...
И еще я не люблю клоунов. Я чувствую, как они фальшивят, от меня не скрыть того, что я умею скрывать от других. Клоунам нисколько не весело. И чем искрометнее они лгут, тем больше я испытываю к ним неприязнь. Они развлекают людей дурацкими шутками, а сами не верят им ни секунды. И еще я не люблю Чаплина. Ему я тоже не верю
Я улыбаюсь, потому что не могу позволить себе опустить своих собеседников до своих внутренних сомнений и недоверия к радостям мира. Мое дело - нормализовать эмоции окружающих. И я нормализую их день за днем.
Даже самые прожженные интуиты не смогли распознать фальши во мне, потому что я не лгу. Я вытаскиваю эмоции близких и друзей из глубочайших ям, из депрессий, из переживаний и неверия. И когда я это делаю - мне легче, потому что я могу еще немного не возвращаться в свой одинокий мир.
Только наедине с собой я могу быть молчаливой и нисколько не улыбаться. С собой и с тем, кому всецело доверяю. За всю мою жизнь мне встретился всего лишь один такой человек, и тем ценнее для меня эта встреча. И мне хочется быть такой вот неулыбчивой и непоказной, оставаться собой как можно дольше. Просто ездить в машине без пассажира и смотреть на странный мир за окнами, суетливый и неискренний. Сбегать от своей экстраверсии в свою же интроверсию и радоваться своему одиночеству, в котором никогда не скучно.
А наутро я снова просыпаюсь печальной, хмуро смотрю на мир и иду к гардеробу примерять очередную улыбку. Что у нас сегодня: легкая ностальгия по ушедшим годам или смех амазонки?
Доброе утро, дорогие! Как настроение? Улыбаемся и машем, мы белые и пушистые! (с)

Не тратьте слова понапрасну

Когда меня хвалят, искренне или лицемерно, что совершенно несущественно, мне страстно хочется сказать в ответ какую-нибудь гадость. Немало усилий приходится приложить, чтобы сдержаться и отреагировать нейтрально: "Да ладно вам!"
Чаще всего на "Вы так сегодня так элегантно смотритесь" находится альтернативное "Не с чего, устала, как собака, и хочу взять шашку и покрошить кого-нибудь в капусту". "Как вы интересно излагаете" - "А я еще и трехэтажным матом умею!" "Какой у Вас вкусный рецепт харчо!" - "Да-да, сейчас вместе наедимся, как тузик на помойке... Разнообразно!"
Народ искренне считает, что я за нарочитой грубостью и эпатажным поведением скрываю неуемную девичью скромность и стыдливость самосовершенствующейся души. Да и я все время думала: чего вдруг я ухожу от разговора о своих достоинствах, которые неоспоримы, как причиндалы у датского дога? Иной раз побыть бы Наполеоном: "говорите обо мне, говорите!" или "Что это мы все обо мне, давайте о вас: как я вам нравлюсь?" Скучный закомплексованный тип, хотящий постоянного подтверждения, что он выше всех, умнее всех, наглее всех, хитрее всех, богаче всех и чертовски привлекателен впридачу.
И вот смотрю я на это патологическое стремление к вознесению и понимаю, что стыжусь комплиментов. Мне стыдно за тех, кто их произносит, потому что они и толики того, что я думаю о себе хорошего, не могут озвучить.
Я настолько хорошо думаю о себе, что превзойти меня не смогут искренние ораторы и лживые подлизы. Мне не нужны комплименты, мне скучно тратить время на выслушивание банальностей. "Не говорите обо мне, давайте поговорим о вас. Что вы о себе думаете?" А потом мимоходом ты вдруг узнаешь, что такого понимающего, слушающего, глубокого и интересного человека им редко приходилось встречать. А я все равно уже давно об этом знаю... В мире останется еще одно доброе воспоминание обо мне, когда я уйду. И плохое после этого искреннего поста. Но мне нравятся  оба. Любовь и ненависть устраивают меня в равной степени. Они - отношение.
Кому-то проще любить, кому-то продуктивнее ненавидеть.
А кто-то научился принимать себя в полной мере и не попадаться на комплименты и манипуляции.
Поэтому не тратьте слова понапрасну, на этом поле я играю лучше многих.

Зачем меня вернули?

Вот уже восемнадцать с половиной лет я пытаюсь понять, зачем меня вернули? Клиническая смерть - интересная штука. Смотреть на себя из-под потолка операционной, над обжигающим светом ламп, слышать, что "она уходит" и с любопытством наблюдать суету и волнение и тело, просто тело на столе...
Если меня вернули, это было знаком. Но знаком чего?
Я прожила уже не очень мало лет, и прожила их во сне и в ожидании. Удивительно, что именно прошлый год стал переломным. Год, когда я ничего не делала из того, что делать привыкла. Не впахивала, как ломовая лошадь, не изводилась проблемами других, сбегая от собственных. Когда сознательно разрушила десятки связей, ушла из многих домов и отношений. Перестала контролировать мир вокруг и не позволила миру взять меня под контроль. Когда я вернулась в свою тесную нору интроверсии, и оказалось, что нора - огромна и бездонна, как миры Баха, как похабная квартирка Воланда. Когда я смогла сесть за продолжение брошенного романа и поняла, что никогда больше не буду писать стихов, потому что я прожила их и перешагнула. Когда я приготовила себя к чему-то, что должно случиться вскорости, потому что чувство неизбежности живет во мне. Но я не знаю, неизбежности чего.
То, к чему я стремилась всю свою сознательную и по обрывкам воспоминаний - несознательную жизнь тоже, манит меня и мучает. Неужели пришло время? Неужели мне позволят? Неужели я, наконец, выросла и стала достойной жить так, как мне необходимо и хочется?
Вопросов все еще больше, чем ответов. А ответы... легкие намеки... Может, цепь случайностей я воспринимаю слишком буквально? А она нанизывается, нанизывается, призывно позвякивает, когда я теряю направление в темноте своих сомнений.
Что есть случайность? Наши встречи, наши узнавания, наши прозрения и надежды вдруг складываются в кусочек картинки, часть паззла, осмысленную и яркую. И становится страшно и безумно радостно. И даже если я обманываюсь миражами своих фантазий, мне стало интересно жить. Впервые за долгие годы у меня нет депрессии, как бы ни старались некоторые. Впервые слишком взрослая даже в яслях девочка стала достаточно взрослой, чтобы жить в полную силу, осознанно и с удовольствием. С максимальным удовольствием, которое нарастает по мере того, как я двигаюсь и освобождаюсь от прошлого. И впервые за всю свою уже совсем не маленькую жизнь она смогла почувствовать себя беззаботной и счастливой, юной девочкой.
Едва ли это можно понять со стороны. Едва ли это можно осознать в себе в полную силу.
Но если меня вернули ради того, о чем я думаю, - то я готова. Готова принять все, что предстоит. Потому что это мое, долгожданное, трудное и осмысленное. И снова я говорю "спасибо"! За последние недели я часто стала пользоваться этим словом, и мне нравится быть благодарной. Ради этого стоило вернуться и начать жить в реальном мире. Или в мире своих счастливых иллюзий?

Люди, которых мы оставляем...

Такие разные и всегда похожи...
Люди терпеть не могут быть похожими друг на друга, бьются за свою индивидуальность, обижаются на сравнения с кем-то бывшим.
И при этом они похожи всегда в одном - мы их оставляем.

Я всегда говорила себе, что я верна людям. Но сейчас, с высоты своей изрядно перевалившей за половину земной жизни я могу сказать - я оставила очень многих. Возможно, больше, чем другие.
Предполагаю, что это больно, потому что несколько раз оставляли меня. Не мужчины, нет. В данной теме гендерные различия несущественны. Я оставляю не мощный торс, лысеющий череп и непарные носки, не белокурые кудряшки, обсуждения распродаж и инстинкты наседки. Я оставляю человека, исчерпав свой интерес к нему. Хотя, если быть до конца честной - я всегда называю этот процесс "исчерпанием человека".
Я жадная до общения, не тусовки, а добротного тет-а-тета, когда глаза в глаза и откровенность на грани фола.
Почему я, интровертная в творчестве, подпускаю людей так близко, как им и не снилось порой с давними и самыми близкими, - я не знаю.
Я не боюсь быть разрушенной, не боюсь, что информация обо мне станет публичной, я могу рассказать о себе все, что потребуется в контексте откровенности с собеседником. И если для него это шок, - собственные эмоции, вдруг открывшиеся другому человеку, - то для меня это настолько рядовая в плане коммуникации (не эмоциональных переживаний, тут я выкладываюсь полностью, а именно информационного обмена) ситуация, что осознать глубину трясины сидящий за столом напротив не в состоянии довольно долго.
Я не даю оценок этой своей способности уходить. Не без сожалений, Боже упаси! Я не бесчувственна... я долго тяну отношения, которые себя исчерпали, а потом просто ухожу и все.
И не то, чтобы человек мне стал откровенно не интересен. Я стала себе не интересна в диалоге с ним. Я перестаю видеть перспективу обсуждения новых тем, получения от него новых знаний. В общении мне не нужны чужие эмоции, то есть я в них не нуждаюсь, потому что у меня своих избыток, на многих хватит. Я озабочена информацией, которую несет в себе человек, как профессионал, как личность, как представитель вида.

А они пытаются отвоевать меня у будущего, отклонившегося от траектории их жизни. В этом я не могу помочь... Если я вышла на дорогу - я начинаю движение, и меня не остановить. Ни "освежением" дружбы, ни возвращением в прежнюю реку любви.
Я обновляла свои брачные обеты после рождения второго сына... И все равно все закончилось разводом, потому что я исчерпала того, кто должен был стать бездонным. Так я поняла, что брак такого рода - не мое.

Они обижаются, жгут мосты сами, делают или говорят гадости. Я люблю их, потому что знаю другими, но меня не удержать ничем. Я считаю, что те, с кем я провела много времени - хорошие изначально, по определению того, что рядом с собой всякую сволочь я бы не терпела. Но будучи хорошими, они тоже люди и могут совершать неблаговидные поступки или даже подлости. Бог с ними... и я на той же стороне. Совсем не сладко делать гадости и мучиться от этого.

А мне лень доказывать что-то, оправдываться, опровергать и ставить на место. Дай Бог всем моим бывшим друзьям здоровья! Мне жаль, что я не могу остаться...

И теперь я могу смело утверждать, оглядываясь на годы вперед, что я все эти годы была верна. Не людям, скорее, неверности им.
Я верна своей свободе и неверности! Как странно это звучит...

Быть или не быть... Жуковым

Мне забавно, когда меня принимают за Жука. Мне отрадно это слышать. И чуточку обидно. Обида на себя за самодуализацию, за бивертность, выдающую в мир экстраверсию и тщательно скрывающую интроверсию.
Жизнь научила меня пользоваться тем, что мне не дано в полной мере. Логикой, силовой сенсорикой. Для врагов их прямолинейность и жесткая позиция очень подходит, она отлично маскирует то, чего у меня нет, и защищает то, что я не готова отдать для приготовления фарша или множества маленьких медвежат.
Очень удачно выбранная аватарка скрывает многое...
Ну, Жуков, так Жуков. Не худший выбор, между прочим. Наполеоном или Достоевским не хочу и не буду.
Себя люблю, но без самолюбования. Других люблю, но без мотания соплей о судьбах человечества.
И скромно скажу, что Жуки и Еси в романах мне удаются. Неплохо получаются Максы. Думаю, можно поработать с Гамлетами и Гексли. Ну и суперэго драгоценное, типа Габен, тоже не должно быть особенно трудным. Постараюсь над образами Штирлицев. Вроде бы, неплохо понимаю Дюма. С остальными сложнее, их мало в моем окружении или они недостаточно яркие. Но разрабатывать разные характеры интересно.
И едва ли Жуков будет всерьез заниматься психологией и внутренним миром других и собственным. У него в этом месте амбарный замок и сто миллионов табу.
Но Жуком быть хорошо. Враги тебя боятся и ненавидят. А ты себя ощущаешь если не Маршалом Жуковым (Добро победит в перспективе, в отдаленном светлом будущем, а пока бери шашку сынок, и рубай эту сволочь направо и налево...), то уж точно Жучкой, которая защищает нежную Есечку внутри меня.
Кто не разглядел, бойтесь! У меня теперь конь со звездой во лбу и светлые перспективы впереди!
Сама вон на себя в зеркало без памперсов смотреть не могу, до чего сурова! ;)

Я разный – я натруженный и праздный…

Чисто музыка навеяла, хотя всю жизнь я говорила себе, что не люблю Евтушенко.
Но, похоже, придется пересмотреть свое упрямое отношение к предмету и почитать…
Может и не любила, потому что многие соционики типируют его в Есенина, а тождиков трудно оценивать адекватно. По фотке да, интуит, этик, интраверт. Надеюсь, Бета, ибо едва ли Достик может написать такое стихотворение.

ПРОЛОГ

Я разный -
я натруженный и праздный.
Я целе-
и нецелесообразный.
Я весь несовместимый,
неудобный,
застенчивый и наглый,
злой и добрый.
Я так люблю,
чтоб все перемежалось!
И столько всякого во мне перемешалось
от запада
и до востока,
от зависти
и до восторга!
Я знаю – вы мне скажете:
«Где цельность?»
О, в этом всем огромная есть ценность!
Я вам необходим.
Я доверху завален,
как сеном молодым
машина грузовая.
Лечу сквозь голоса,
сквозь ветки, свет и щебет,
и -
бабочки
в глаза,
и -
сено
прет
сквозь щели!
Да здравствуют движение и жаркость,
и жадность,
торжествующая жадность!
Границы мне мешают…
Мне неловко
не знать Буэнос-Айреса,
Нью-Йорка.
Хочу шататься, сколько надо, Лондоном,
со всеми говорить -
пускай на ломаном.
Мальчишкой,
на автобусе повисшим,
Хочу проехать утренним Парижем!
Хочу искусства разного,
как я!
Пусть мне искусство не дает житья
и обступает пусть со всех сторон…
Да я и так искусством осажден.
Я в самом разном сам собой увиден.
Мне близки
и Есенин,
и Уитмен,
и Мусоргским охваченная сцена,
и девственные линии Гогена.
Мне нравится
и на коньках кататься,
и, черкая пером,
не спать ночей.
Мне нравится
в лицо врагу смеяться
и женщину нести через ручей.
Вгрызаюсь в книги
и дрова таскаю,
грущу,
чего-то смутного ищу,
и алыми морозными кусками
арбуза августовского хрущу.
Пою и пью,
не думая о смерти,
раскинув руки,
падаю в траву,
и если я умру
на белом свете,
то я умру от счастья,
что живу.

1955

А с чего, собственно, пошла такая пьянка…
Я вот подумала, насколько я могу быть разной в разных обстоятельствах. Неприхотливой и избалованной, нежной и жесткой.
Насколько я мобилизуюсь на войне: могу спать в любых условиях в машине, в метро стоя, могу есть грязными руками с газеты или не есть сутками ничего, кроме куска засохшей булки и воды из-под крана, могу упираться и работать в нечеловеческих условиях круглосуточно, ездить на Оке и материть все, что движется рядом.
А потом начать сибаритствовать с полной искренностью и выкладкой: требовать только идеальные скатерти и кусок мраморной говядины, кровать с идеальным матрасом и головой на север, просыпаться в двенадцать и ни одной секунды не думать о работе, ездить только на мерседесах, презирая крузеры и икс пятые, а остальное движущееся даже за машины не считать и не унижаться до того, чтобы это ползущее мимо обматерить.
И как во мне это уживается – ума не приложу. Но ни в том, ни в другом случае нет ни грана фальши. Все искренне, все от души.
И в том и в другом случае я чувствую, что живу. Правда, в ЛяРуше на английской посуде счастья куда больше, чем в гараже на газете.
Но трудности нужны для того, чтобы острее ощущать радость от возвращения в свой мир. Может, однажды мне будет позволено остаться в нем навсегда…

Как во мне это уживается?

Запись опубликована Кошка в шкуре Львицы. Пожалуйста оставляйте свои комментарии тут.

Я разный - я натруженный и праздный...

Чисто музыка навеяла, хотя всю жизнь я говорила себе, что не люблю Евтушенко.
Но, похоже, придется пересмотреть свое упрямое отношение к предмету и почитать...
Может и не любила, потому что многие соционики типируют его в Есенина, а тождиков трудно оценивать адекватно. По фотке да, интуит, этик, интраверт. Надеюсь, Бета, ибо едва ли Достик может написать такое стихотворение.

ПРОЛОГ

Я разный -
я натруженный и праздный.
Я целе-
и нецелесообразный.
Я весь несовместимый,
неудобный,
застенчивый и наглый,
злой и добрый.
Я так люблю,
чтоб все перемежалось!
И столько всякого во мне перемешалось
от запада
и до востока,
от зависти
и до восторга!
Я знаю - вы мне скажете:
"Где цельность?"
О, в этом всем огромная есть ценность!
Я вам необходим.
Я доверху завален,
как сеном молодым
машина грузовая.
Лечу сквозь голоса,
сквозь ветки, свет и щебет,
и -
бабочки
в глаза,
и -
сено
прет
сквозь щели!
Да здравствуют движение и жаркость,
и жадность,
торжествующая жадность!
Границы мне мешают...
Мне неловко
не знать Буэнос-Айреса,
Нью-Йорка.
Хочу шататься, сколько надо, Лондоном,
со всеми говорить -
пускай на ломаном.
Мальчишкой,
на автобусе повисшим,
Хочу проехать утренним Парижем!
Хочу искусства разного,
как я!
Пусть мне искусство не дает житья
и обступает пусть со всех сторон...
Да я и так искусством осажден.
Я в самом разном сам собой увиден.
Мне близки
и Есенин,
и Уитмен,
и Мусоргским охваченная сцена,
и девственные линии Гогена.
Мне нравится
и на коньках кататься,
и, черкая пером,
не спать ночей.
Мне нравится
в лицо врагу смеяться
и женщину нести через ручей.
Вгрызаюсь в книги
и дрова таскаю,
грущу,
чего-то смутного ищу,
и алыми морозными кусками
арбуза августовского хрущу.
Пою и пью,
не думая о смерти,
раскинув руки,
падаю в траву,
и если я умру
на белом свете,
то я умру от счастья,
что живу.

1955

А с чего, собственно, пошла такая пьянка...
Я вот подумала, насколько я могу быть разной в разных обстоятельствах. Неприхотливой и избалованной, нежной и жесткой.
Насколько я мобилизуюсь на войне: могу спать в любых условиях в машине, в метро стоя, могу есть грязными руками с газеты или не есть сутками ничего, кроме куска засохшей булки и воды из-под крана, могу упираться и работать в нечеловеческих условиях круглосуточно, ездить на Оке и материть все, что движется рядом.
А потом начать сибаритствовать с полной искренностью и выкладкой: требовать только идеальные скатерти и кусок мраморной говядины, кровать с идеальным матрасом и головой на север, просыпаться в двенадцать и ни одной секунды не думать о работе, ездить только на мерседесах, презирая крузеры и икс пятые, а остальное движущееся даже за машины не считать и не унижаться до того, чтобы это ползущее мимо обматерить.
И как во мне это уживается - ума не приложу. Но ни в том, ни в другом случае нет ни грана фальши. Все искренне, все от души.
И в том и в другом случае я чувствую, что живу. Правда, в ЛяРуше на английской посуде счастья куда больше, чем в гараже на газете.
Но трудности нужны для того, чтобы острее ощущать радость от возвращения в свой мир. Может, однажды мне будет позволено остаться в нем навсегда...

Как во мне это уживается?