Не быть эффективной

Что это за тенденция такая — промывать человеческие мозги в коллективном стремлении сделать нас эффективными? И что есть эффективный человек? Не кто такой, а именно что.
Правила универсальны, советы стандартны, итог почти гарантирован, если не отступать, быть настойчивым, идти, идти, идти вперед вопреки...
Вопреки себе, своей потребности остановиться и прислушаться: а чего я хочу на самом деле или попробую захотеть, если вы все, дурящие мне мозги с яслей, наконец, заткнетесь?

Нет, голубчик, мы не заткнемся, мы лучше знаем, что тебе надо, каким ты хочешь видеть себя, каким мы хотим видеть тебя. Делай это и вот это, и еще вон те 98 пунктов — и ты станешь эффективным. Универсальным. Идеальным. Как все шесть миллиардов.
Вот, так разозлилась, что начала писать в духе Джорджа Карлина. Но это и понятно, я с ним согласна абсолютно во всем, даже в манере выражать свои мысли.
И больше всего меня поражает, что люди верят, верят — и как овцы бьются за эту узкую тропинку, будто искренне считают, что мы рождены, чтобы быть одинаковыми. Что все могут добиться успеха, богатства, славы. Или искренне считают?
И примеры приводят соответствующие и манипулятивные: Эйнштейн был троечником. Твою мать! Почему этот факт конкретной биографии уникальной личности должен вдохновлять каждого серого троечника? Если у человека есть амбиции чего-то добиться — он добьется. Пройдет по граблям, что необходимо для выбора своего пути, найдет этот свой путь и, если к тому моменту не отрастит в голове клейкую прослойку из шаблонных фраз, то получит то, к чему шел. Если нет, то сколько ни притравливай его на эффективность — толку ноль.
Не будет ньюфаундленд выкапывать лис из норы. И из пуделя не сделать бойцовую собаку. А еще есть овчарки и диванные шавки. Разные.
А вот сделать из любого — пса или человека — невротика, это мы умеем.
Посмотри, Леночка, Маша может — и ты сможешь. Давай, Леночка, шагай, Леночка. И неважно, хочешь ты, как Маша, или нет. Главное — поставить перед тобой эффективную на общественный вкус фигуру — и лепи себя по образу и подобию.
К примеру, модная тенденция: сделаем из всех девочек манекенщиц и актрис. А если твои данные не соответствуют — работай над собой. Если не смогла... делаем выводы.
И девочки бьются и убиваются... Им обидны такие выводы: ты бездарь, лентяйка, надо меньше жрать, надо заниматься спортом, надо, надо, надо...
А завтра кто-то решит, что необходимо, чтобы все девочки стали, ну, не знаю, свиноматками. И примеры правильные приведут. А кто не с нами, кто бесплоден, слаб здоровьем, да просто не хочет — с обрыва его, как в Спарте.
Мы с презрением признаем неэффективными абсолютное большинство нас окружающих, потому что так оно и есть. И это не стыдно - быть просто человеком со своими слабостями, стремлениями, ошибками и мелкими потребностями. Стыдно быть винтиком в чужом механизме. Но мы не просто признаем окружающих неэффективными, мы обвиняем их в этом, мы равняем их под одну гребенку и толкаем менять жизнь в угоду сегодняшнему общественному сознанию.
Будь кем-то, кем ты сейчас не являешься! А если они не хотят, не умеют, не могут? Если они вообще для другого родились? Понятно обществу это или нет — но для другого. Я не говорю: для высокого, для творчества, для немыслимых свершений, невозможных в толпе. Другое — это все, что угодно, даже люмпен. Вот такое у него было жизненное назначение — быть никем, ничего не добиться. Такой путь. Такое испытание семидесятью годами существования. И ему, может быть, именно так удобно и приятно. Удобно — это не всегда мягкий диван и полная миска. Кому-то удобно быть несчастным. Кому-то — агрессивным. Кому-то — равнодушным.
Нельзя только на основании тройки у Эйнштейна вдохновить толпу на гениальные открытия в науке.
И да, я горжусь тем, что я неэффективна. Если бы мне кто-то попытался сделать такой комплимент — убила бы нахуй.
Я с трудом сдерживаюсь, когда слушаю рассуждения, какая я сильная, умная, решительная. Как я прошла все, что прошла, как я получила все, что получила. Как я сделала себя.
Да я просто жила, уважаемые, просто жила. Думала. Чувствовала. Ошибалась. Плакала. Принимала решения. Снова думала. Смотрела. Слушала. Читала. Верила в себя. Искала на стороне и, к счастью, нашла в себе силы не найти. Ушла отовсюду, где было скучно. Оставила позади ненужные вещи. Рассталась с плохими людьми, с трусами, с предателями, с остановившимися в развитии.
Я очень многое не люблю. О многом рассказываю с частицей «не». Потому что свое люблю и свое «да» я оставляю для себя, для лучшего вокруг меня и для лучшего во мне.
Да похвалите же меня кто-нибудь за то, что я мягкая и любящая, что я готова свернуться у его ног бесполезной кошкой, чтобы он просто мог в любой момент протянуть руку и погладить, а мое тихое мурлыканье в этот вечер сделает его не эффективным, а счастливым. Похвалите меня за то, что я при всех своих способностях отказалась от карьеры в больших корпорациях, что не пошла расходовать свой дар в получении второго высшего, что не стала писать никому не нужную диссертацию, что равнодушна к деньгам и славе, что развелась, не желая жить с нелюбимым и искренне полагая, что он не заслужил такой участи и сможет найти свое счастье. Что я не ебу мозг своим примером никому, что не учу детей жить, что плюнула на политику, что искренна, даже когда это ужасно неудобно.
Эффективность измеряется в единицах материального мира: успех в грамотах, карьера в должностях, стабильность в финансах. Эффективность — это когда меня признали такой, и именно на нее мне наплевать с особенным цинизмом. На мнение эффективных, по их мнению. А по моему мнению — несчастных, так и не увидевших за благами — благо.
Но я свое мнение никому не навязываю, я его полностью разделяю только с собой. Вот бы и другим воздержаться...
Моисей, Лисий, Цезарь, Рафаэль, Галилей, Уайльд, Моцарт, Ковалевская, Черчилль, Мать Тереза, Высоцкий, Сахаров — записала имена умерших, которые сразу пришли в голову. Они были личностями в полном смысле этого слова — и поэтому всякая шваль на тренингах к ним клеит этот пошлый ярлык. Слава Богу, есть еще огромный список живых, которые когда-то, к сожалению, пополнят ряды талантливых и ушедших. Но миллионы «эффективно сработанных» современных человеко-винтиков, живущих по фальшивым методикам «знающих», никогда не станут личностями, потому что ищут не там и не себя.
Как сказано в одной сверх-популярной по названию, но не так уж часто читанной эффективными книжке: берегитесь лже-пророков, товарищи! И там же о разном количестве выданных, пущенных в дело, недоразвитых и закопанных талантов... Но это уже сложно для восприятия по пунктам. Это - метафора.

Колея это только моя, выбирайтесь своей колеей...

Поразительно, как люди любят объединяться в группы, искать себе подобных, придумывать своим группам ярлыки и гордиться своей принадлежностью к сомнительным сообществам.
Ну ладно бы еще были членами влиятельной масонской ложи, международного пен-клуба или рыцарями ордена подвязки, ну или чего-то в этом же ключе, престижного и приносящего определенные блага.
Но гордиться своим офисным планктонством? Это выше моего понимания.
И в период своего трудоголизма я не в состоянии была убиваться за сомнительную корпоративную культуру, а уж теперь смотрю на все эти игрища просто-таки с мистическим ужасом... Чур меня!
Ну еще вариант работы в формате: пришел, увидел, победил... тьфу... подъехал в удобное время, сделал дело, гуляй смело - куда ни шло.
Но... каждое утро начинать большой кружкой кофе возле офисного автомата по розливу напитков, сидеть на глазах пары сотен "глубоководных рачков" (если мы про планктон) в больших аквариумах, максимум разделенных стеклянными перегородками чуть выше монитора, бегать на перекуры каждые час-полчаса, двигать подносы друг за дружкой, как пингвины на ледяной дорожке, в столовке со стандартным набором блюд (три первых, три вторых, три салата и компот - будь гурманом, выбери необычное сочетание!), снова пить кофе, курить, хихикать в дверях туалета о чем-то интимном, слушать две сотни телефонных звонков одновременно... И ждать корпоратива, чтобы в два смычка трахнуть новенькую после начальника отдела!
Да гори оно огнем (или что-то там с конем у Михалкова)!
Наверное, у меня комплексы. Я не смогла научиться курить и трахаться на корпоративах. Везде, куда меня забросила судьба, это было ключевым моментом, затмевающим кофе, обеды и сортиры. И не спрашивайте меня: а как же работа? Какая работа? Когда у курящих и трахающихся рачков (ой, извините за сомнительность каламбура!) бывало время для работы? Максимум - в понедельник оперативка и в пятницу - отчет по электронке.
В эти дни с особым остервенением народ занимался "мозговыми штурмами" и творческим придумыванием дел за прошедшую неделю и курил и ржал в сортирах. Вот когда можно черпать вдохновение, изобретая прикольные пепельницы в роденовском стиле, например, слушая о совместных эротических приключениях сэйлза и бухгалтерши в обед (двадцать минут на поездку в съемную квартиру, пять минут секса, двадцать минут обратно). Пепельница - нимфа и сатир на переднем сидении Ниссан Микра или Форд Ка. Или после оперативки так приятно, наверное, подумать о пепельнице с бюстом шефа со снятой крышечкой его неандертальского черепа. У него там и так один пепел наших отчетов, пусть хоть послужит символом корпоративной культуры. Ай-Ти отдел тоже может дать множество творческих идей для скульптора от табака. Хотя часто бывает, что ай-ти отдел - это одно сплошная пепельница, но это я уже из вредности...
В общем, со мной явно что-то не так...
А к чему я все это, кстати?
Ах, да, мне ж завтра в Уралсиб на собеседование ехать!
Обрадовались? Думали, что укатали Сивку крутые горки, и я тоже расслаблюсь глубоководным рачком в престижном банке? Ага, как же!
Удаленная работа, удаленная!
Кофе - дома, секс - у любимого в белой студии, сортир - домашний, позывов к хихиканью не вызывает, ванная с пеной, вот как сейчас, потому что захотелось, отчеты... нет, сданная работа, оперативки только с друзьями по телефону о приятном или актуальном, и хихиканье - или здесь, или в Твиттере, или с самым замечательным собеседником по электронке. Ах, Леффф, спасибо тебе, родной, ты - лучший!
Вот где мы, патологические индивидуалисты, отрываемся, - в комфортных условиях - когда толпа, гордо величающая себя "офисным планктоном" курит, жрет, трахается и стоит в пробках, выбирая сомнительную "корпоративную культуру" ничегонеделанья.
Индивидуальность, коллеги, вот путь к себе.
А планктоном питаются киты, и выход у планктона только один - через задницу. Как многое в этом мире сообществ и скучных дураков.

Вот... созвучно...

Созвучно с ночью, с предвкушением лета и цветущими каштанами и сиренью.
С тем, что снова не могу спать и снова в сомнениях...
С тем, что не верю и прошу веры.
И не хочу торопиться жить. Хочу продлить, замедлить или даже остановить.
И знаю, что это не в моих силах: не торопить, удержать.
А музыка все звучит и звучит... И будет звучать даже тогда, когда торопиться уже будет не надо и торопить некого...

Южный романс (В. Егоров)

Не торопи.
Всему свой срок, не торопи меня ни в чем.
Всему свой счет.
Как ни крути - из девяти не выбить сто.
"Спешите жить" -
Сказал мудрец. Я этой мудрости учен.
Я верил ей,
Я так спешил, а толку что, а толку что...

Не торопи,
И так полжизни проскакали на рысях,
Загнать коня -
Мы эту блажь оставим божьему гонцу.
Куда спешить,
Когда дожди уже осенне моросят,
И август тает на глазах,
И лето близится к концу...

Передо мной
Мерцал в ночи лица любимого овал.
К нему влеком,
Я от него спешил неведомо куда.
И, торопясь,
В чужих домах послушных женщин раздевал,
И, торопясь,
Хватал такси, глотал вино, листал года...

Но это лето подкралось, лучами южными маня,
Я им пресытиться не смог,
И в нем купался, как в раю.
И моря черного качель качала медленно меня,
Прохладной струйкою цедя в меня медлительность свою...

Не торопи,
Опять прибой соленой пылью окропил.
Когда еще
Глотнуть удастся этот бриз береговой?
Шалунья-смерть
Срывает нас, как ветер крыши со стропил.
Поди узнай,
Когда дохнет она над нашей головой.

Нам восемь дней еще кутить
Под этим звездным шалашом,
Нам восемь дней еще коптить
Свои ленивые тела.
И в серебристую волну бросаться ночью голышом,
Цедить вино, сходить с ума,
И все дела, и все дела...

Не торопи.
Всему свой срок, не торопи меня ни в чем.
Всему свой счет.
Как ни крути - из девяти не выбить сто.
"Спешите жить" -
Сказал мудрец. Я этой мудрости учен.
Я верил ей,
Я так спешил, а толку что, а толку что...
Я так спешил,
А толку что, а толку что...

Камень на распутье

Мы разговаривали о "Городе ангелов".
Романтическая драма, говоришь? Тебя цепляет?
А я посмотрела один раз и больше нет желания. Не мое. Кинематографичность - вот что меня раздражает в таком кино. Ширпотребные чувства напоказ, сказка про неземную и всеобъемлющую...
Не верю я в нее, как Константин Сергеевич в неудачную актерскую игру.
Вот в "Конец одного романа" и непонимание - верю.
В "Порнографическую связь" и цепь случайностей - верю.
Верю в трудный быт и испытания в "Не уходи".
Верю в одиночество в "Коте".
И всегда, везде, как бы ни складывалось, что бы ни было обещано, о чем бы мы ни мечтали - все закончится плохо.
Или хорошо, с какой стороны посмотреть.
Смерть или ошибка - и вот уже наши судьбы снова расплелись и нити протянуты в противоположных направлениях... И им никогда не соединиться, потому что на своем перепутье мы сделали неверный выбор.

Удивительная штука жизнь, трудная и рутинная, невероятная и в то же время воплощающая все, о чем мы говорим: "фантазия, так не бывает".
С недавнего времени моя жизнь - это выбор каждый день, иногда - каждый час, совсем редко - каждую минуту. Но выбор раз за разом.
Как это было раньше, я отлично помню.
Ты живешь и не задумываешься о каждом шаге, просто идешь. Это безусловный рефлекс, по ходу дела ты сворачиваешь то правее, то левее, останавливаешься и идешь дальше. И никогда, почти никогда твоя голова не занята тем, куда шагнуть. Если только ты не герой Николсона в "Лучше не бывает", но тогда по тебе плачет больница им. П.Алексеева.
Иногда ты доходишь до развилки и должен принять решение, под какой указатель шагнуть. Одним решения даются трудно, другие идут, почти не задумываясь и не притормаживая.
И это движение - непрерывный путь, чаще всего - почти прямая. У большинства - колея. У некоторых - чужая колея (с).
А у меня последние несколько месяцев каждый шаг - выбор. Каждый день - новый поворот сюжета. Каждое действие - принятие решения. Моя жизнь похожа на ломаную линию из небольших, а иногда крохотных отрезков, ведущих куда-то... Конечной точки я не вижу, и не вижу даже следующего камня с загадкой "налево пойдешь"... Я просто просыпаюсь утром - и снова на распутье, и стоять невозможно, надо двигаться.
Сказать, что неинтересно, - нельзя. Сказать, что легко, - ложь. Сказать, что я хочу иного, - не знаю... едва ли... Пока есть силы, пока есть указатели - надо идти.

Страшно встретить того, кто предназначен, - и ошибиться, пройти мимо. Повернуть голову в другую сторону... Несколько секунд твое внимание привлекала расцвеченная неоном витрина, или собачка неизвестной породы, или отвлек телефонный звонок. И вот уже самый главный человек прошел мимо, коснувшись тебя краем рукава, взглядом, или тоже отвлекшийся на деталь пейзажа.
Страшно, встретив его, не увидеть важного, усомниться и не задать вопрос, который мог бы сыграть первую скрипку, но не сыграл.
Страшно прочитать не так: его лицо, его слово, его поступок, его сомнение - и придумать себе его жизнь, даже не ведая, что он не смог показать что-то очень важное, потому что он тоже не умеет тебя читать, слушать, видеть. И не доверяет своим чувствам, а лишь своим сомнениям.

Как понять, что ты совершаешь неверный выбор? Как остановить того, который ошибается, и показать ему не поверхностное, а самое главное, что хранит твоя душа?
Как не стать героем драмы, в порыве ложного самоотречения разрушающим собственное счастье и жизнь другого?
Как перестать придумывать свою и чужую жизнь - и начать жить?

Никто не ответит на эти вопросы: ни Карнеги, ни Библия, ни гениальные творения художников, музыкантов, писателей или режиссеров, ни твой психоаналитик. Никто!

Я снова прошла маленький отрезок пути - и получила передышку. Для чего? Что мне надо осмыслить? Или я могу просто отдохнуть, побыть в мире с собой вдали от мира?
И кажется, я знаю камень, который вот-вот замаячит впереди, и указатели дорог на нем мне понятны. Смогу ли я выбрать верный?

Нет, я, кажется поняла, вот прямо сейчас.
Нет неверной дороги. Есть не твоя. И всегда та, которую ты выбираешь, твоя, единственно возможная. Я не знаю, зачем нам даны и другие надписи, для чего нам спускают головоломки и лже-лабиринты. Мой выбор всегда правильный, куда бы он ни вел. Мне надо пройти мой путь до конца, и я пройду его.
Да, меня ввела в заблуждение фраза: "Иногда правильно ничего не сделать, чем сделать что-то".
Или, скорее, напугала. Я на секунду потеряла почву под ногами. Этого не может быть, чтобы тот, кто всегда жил с девизом "Лучше пожалеть о сделанном, чем о не сделанном" оказался таким ранимым. И я только и нашлась, чтобы спросить: "Ты думаешь, что есть универсальные рецепты в жизни?" А он не смог ответить... не смог... потому что устал и стал сомневаться...
Может, я нужна как раз для того, чтобы он смог вернуться туда, на свою сложную дорогу с бесконечными развилками, чтобы он не боялся делать. Если так - я поддержу его, пока будут силы.
Главное - я не прошла мимо. Я совершила множество шагов, собственных, правильных на чужой взгляд или нет - не важно. Я оказалась на нужной развилке и встретила того, кого ждала давно. Может, меня ждет своя драма. А, может, награда. Посмотрим...

Самый ужасный человек

Самый ужасный человек, которого я встречала, пьет водку в 7 утра и разговаривает матом.
Когда он молчит и думает о чем-то своем, кажется, что он готов разнести мир на тысячу кусков.
Когда он смотрит на меня и не верит тому, что видит, я чувствую себя, как пассажир самолета перед сканером - беззащитной и голой.
Но я не боюсь ни его крика, ни испытующего взгляда.
Я вижу его другим.
Хотя я точно знаю, что он самый ужасный человек, которого я встречала. И другие видят в нем помимо его заслуг и талантов именно это: холодную водку, калейдоскоп девиц, несдержанность в словах и жесткий контроль, умение получить свое во что бы то ни стало и завоевать чужое, если оно ему нужно, нежелание тратить деньги на то, что не является необходимым или что принесут и отдадут сами. Да просто самоуверенного типа с амбициями и плохим характером. Такие, как он, легко наживают врагов и трудно - друзей.
Но я знаю, что то, что видят они, лишь часть его, пусть немалая часть.
Я с первого мгновения знала то, что не видят остальные. Откуда знала - неведомо.
Но теперь, дотрагиваясь до него или просто глядя на него, когда он молчит или говорит, я поражаюсь тому, что не ошиблась ни на йоту.
Это мой человек. Мой Маршал. Мне было позволено не просто увидеть, мне дали возможность оказаться настолько близко, что он уже не может скрыть от меня то, что скрыто от других.
Я смотрела на его фотографию всего лишь несколько дней назад и говорила ему "ты". А сегодня я говорю ему "ты" и умираю от нежности, и не понимаю, как это раньше было иначе.
А когда он орет на своего шофера, я улыбаюсь, как законченная дура... Потому что я знала, как все это бывает... и мне ни чуточки не страшно, хотя шофер прижимает уши и вытягивается в струнку.
Этот ужасный тип считает, что ему дозволено все. И ему плевать, что кто-то может думать иначе. И мне плевать, что кто-то может думать иначе, потому что я знаю, что ему дозволено все. Все, что он хочет и на что претендует.
В его присутствии я становлюсь кошкой. Это изумительное превращение, которое я осознаю тогда, когда оказываюсь вдали от него. Рядом с ним я ничего не осознаю, кроме его присутствия. Я не могу от него глаз отвести, или, стараясь стать незаметной и не мешать, брожу по его дому, трогая незнакомые предметы, будто хочу оставить на них свой след. Причем, совершенно неосознанно наматываю круги по дому, цепляя взглядом детали: фотографии в рамках, книги, картины, барную стойку, шефлеру и кратон, бескрайнее небо за окном и часы, лежащие на комоде. И я не понимаю, откуда я знаю эти вещи, этот дом, этот пейзаж за окнами, эти цветы в кадках и даже шофера, которого мне негде было увидеть. Это даже не дежавю, ни одной секунды не дежавю, это словно жизнь в параллельном мире. Словно я живу одновременно в двух мирах, перемещаясь из одного в другой по чьей-то прихоти.
Я перестаю быть привычной собой, и он удивляется, почему я молчу. Он уже успел привыкнуть, что я не лезу за словом в карман, и Сейшелы вызывают у меня весьма пикантные ассоциации. А просто рядом с ним я такая, какой бываю только наедине с собой. Я молчу, и мне не скучно. Мне незачем торопиться и бороться, болтать и изобретать события. Самое большое счастье - это то, что я могу молчать, и мне тепло с ним и спокойно, и так надежно, что все, что прожито ранее, не имеет ни смысла, ни веса. Рядом с ним я живу совершенно другой, которой меня не знает никто. И даже я себя не знаю, потому что не вижу со стороны. А он дает мне возможность видеть себя его глазами. И это так странно и так волнует...
Я становлюсь его кошкой. Меня, существо нетактильное до патологии, тянет дотрагиваться до него каждую секунду. Дотрагиваться и замирать. Время останавливается, и пространства не существует. Как тогда, когда он впервые обнял меня после переговоров, еще не зная, что натворил. Впрочем, кажется, он уже начал понимать, потому что и сам обращается мыслями к тому объятию. "Мне было так приятно обнимать тебя!" Меня - незнакомого человека, которого он видел второй раз в жизни.
В какой-то момент я подумала, что мне не стоит оставаться на ночь. Он уснул, и мне надо было встать и уйти. Потому что наступит утро, и утром все окажется немного не так, или очень не так. И он удивится, что я все еще рядом, потому что таких, как я, были десятки, а то и сотни. Но я не смогла уйти. Формально - я не могла оставить открытой на всю ночь дверь. На самом деле - я хотела, чтобы наступило утро, и было все так, как должно быть. Или разочарование или счастье.
Свет, вливающийся в студию с открытыми окнами в 5 утра, разбудил его. Не меня, я почти не спала, хотя честно делала вид, и ждала, что он станет делать.
Может, он и подумал, зачем это все... мне. Подумал и спросил. И думаю, мой ответ рассеял его сомнения. Потому что утро было чудесным, может, лучшим утром в моей жизни. И немного печальным, потому что через несколько часов его кошке пришлось вернуться в тот мир, к которому она привыкла, не желая привыкать.
Впрочем, когда я шла к стоянке, чтобы забрать Маруську, шла, никуда не торопясь и ни о чем не думая, шла, улыбаясь солнцу и утру, и толпам спешащих куда-то людей, толкущихся у метро, звонящих по телефонам, покупающих мороженое, я была так счастлива, что отдельные личности заглядывали мне в глаза и изумлялись. А я подумала, что не мешало бы съесть лимон и слиться с толпой в этом ужасном городе, подарившем мне встречу с лучшим мужчиной в моей жизни.
Я была словно прозрачный сосуд, из которого выплеснули дешевый кофе и наполнили заново живой водой с мирриадами сияющих пузырьков, поднимающихся к поверхности. Я была наполнена до краев совершенным, абсолютным, необъяснимым счастьем.
Теперь я снова жду. Жду самого ужасного человека, от которого у меня дух захватывает, и ради которого я готова отдать все то немногое, чем владею. Отдать и быть кошкой на его коленях. Кошкой, которая хочет остаться навсегда в этом доме, в этой его сложной и запутанной жизни. Если он захочет.

Зачем меня вернули?

Вот уже восемнадцать с половиной лет я пытаюсь понять, зачем меня вернули? Клиническая смерть - интересная штука. Смотреть на себя из-под потолка операционной, над обжигающим светом ламп, слышать, что "она уходит" и с любопытством наблюдать суету и волнение и тело, просто тело на столе...
Если меня вернули, это было знаком. Но знаком чего?
Я прожила уже не очень мало лет, и прожила их во сне и в ожидании. Удивительно, что именно прошлый год стал переломным. Год, когда я ничего не делала из того, что делать привыкла. Не впахивала, как ломовая лошадь, не изводилась проблемами других, сбегая от собственных. Когда сознательно разрушила десятки связей, ушла из многих домов и отношений. Перестала контролировать мир вокруг и не позволила миру взять меня под контроль. Когда я вернулась в свою тесную нору интроверсии, и оказалось, что нора - огромна и бездонна, как миры Баха, как похабная квартирка Воланда. Когда я смогла сесть за продолжение брошенного романа и поняла, что никогда больше не буду писать стихов, потому что я прожила их и перешагнула. Когда я приготовила себя к чему-то, что должно случиться вскорости, потому что чувство неизбежности живет во мне. Но я не знаю, неизбежности чего.
То, к чему я стремилась всю свою сознательную и по обрывкам воспоминаний - несознательную жизнь тоже, манит меня и мучает. Неужели пришло время? Неужели мне позволят? Неужели я, наконец, выросла и стала достойной жить так, как мне необходимо и хочется?
Вопросов все еще больше, чем ответов. А ответы... легкие намеки... Может, цепь случайностей я воспринимаю слишком буквально? А она нанизывается, нанизывается, призывно позвякивает, когда я теряю направление в темноте своих сомнений.
Что есть случайность? Наши встречи, наши узнавания, наши прозрения и надежды вдруг складываются в кусочек картинки, часть паззла, осмысленную и яркую. И становится страшно и безумно радостно. И даже если я обманываюсь миражами своих фантазий, мне стало интересно жить. Впервые за долгие годы у меня нет депрессии, как бы ни старались некоторые. Впервые слишком взрослая даже в яслях девочка стала достаточно взрослой, чтобы жить в полную силу, осознанно и с удовольствием. С максимальным удовольствием, которое нарастает по мере того, как я двигаюсь и освобождаюсь от прошлого. И впервые за всю свою уже совсем не маленькую жизнь она смогла почувствовать себя беззаботной и счастливой, юной девочкой.
Едва ли это можно понять со стороны. Едва ли это можно осознать в себе в полную силу.
Но если меня вернули ради того, о чем я думаю, - то я готова. Готова принять все, что предстоит. Потому что это мое, долгожданное, трудное и осмысленное. И снова я говорю "спасибо"! За последние недели я часто стала пользоваться этим словом, и мне нравится быть благодарной. Ради этого стоило вернуться и начать жить в реальном мире. Или в мире своих счастливых иллюзий?

В жизни нет смысла

В жизни нет смысла - это банальность.
Вся жизнь - это и есть смысл... И это банальность ничуть не меньшая.
Я все больше становлюсь гедонистом, или романтиком, или анархистом, или Бог знает чем.
Я живу в свое удовольствие, стараясь отдавать то, что могу, - тепло, улыбку, доброе слово...
Отдаю до тех пор, пока это не нарушает границы моего пространства и моей свободы. Почувствовала угрозу - канал закрылся. Я ничего не желаю делать себе во вред.
Я столько лет разрушала себя альтруизмом, что теперь проповедую здоровый эгоизм, который тоже сам по себе ничего не значит, ибо искажается, стоит о нем заговорить. Мировоззрением, личной корыстью, требованиями окружающих.
Забавно, но люди вокруг словно бы поняли, что я бесполезное животное - от меня стали меньше требовать и ждать.
Когда я не слышу слов "должна" и "надо" - я могу жить.
А эти долженствования и обязательства заставляют меня свернуться в тугой клубок, выставив ядовитые колючки на манер морского ежа.
"Я никому ничего не должен" - говорил мой папа, и я согласна с ним. Я "должна" только себе, но это "должна" я мягко превращаю в "хочу", и тут оказывается, что хочу я так много, что видимого мира мне мало. И что мне мешает получить то, что хочу? Только собственные заборчики, которые я расставила в своей жизни с помощью тех, кому была "должна".
Заборчики выкорчевывать непросто. Вручную - совсем невозможно. Поэтому приходится пригонять трактор, или танк, по настроению сегодняшнего дня, и сносить их волевым актом. Иногда за заборчиком тебя ждет открытие и счастье, иной раз - страх и ужас, а в другой раз - просто жизнь, и вообще непонятно, зачем он стоял тут, почему я боялась когда-то и воздвигла его. Столько уже память стерла... Может, оно и к лучшему.
Вчера как раз подумала, что не смогу писать мемуары. Отдаю себе отчет, что люди, которых я встречала двадцать лет назад, видятся сегодня настолько по-другому, что написать про них сегодня - это уже ложь. А вчера было невозможно, потому что нужно было расстояние, чтобы увидеть. Видимо, единственное, что имеет право на существование - это дневники. Сиюминутные впечатления, сверх субъективные, тем и интересные. Этот журнал - тоже дневник. Все, что я написала о людях и себе еще полгода назад - сегодня уже видится иным, и написалось бы иначе. А зачем? Пусть живет таким, каким было.
И люди пусть остаются такими, какими я их видела тогда. Сейчас они изменились, и я изменилась с ними или вдали от них. А начни я писать мемуары - я стану придумывать их, подстегивая память и позволяя заполнять пробелы фантазией, стереотипом, опытом.
О, на днях прочитала заметку о Григории Перельмане, гениальном математике, отказавшемся от получения Нобелевской премии. И вот эта фраза сказала мне все: "Я научился вычислять пустоты, вместе с моими коллегами мы познаем механизмы заполнения социальных и экономических пустот. Пустоты есть везде. Их можно вычислять, и это дает большие возможности. Я знаю, как управлять Вселенной. И скажите, зачем же мне бежать за миллионом?!"
Он гений, ему простительно быть высокомерным. Или нам простительно считать его высокомерным. А он так живет... он знает, как управлять вселенной...
Я тоже знаю такие механизмы управления Вселенной (ибо человек - не меньше Вселенной, он ее часть и сам Вселенная), которые делают меня высокомерной стервой. И зачем мне опускаться до войн и разборок, до финансов и мещанства?
Меня заботит, как пережить ушедшее мгновение еще раз, без участия Мефистофеля.
Как отдать то, о чем человек даже не подозревает.
Как зажечь веру в том, кто боится быть собой.
И в этом нет никакого смысла, как и в управлении Вселенной. Поэтому я выбираю просто жизнь в свое удовольствие, где есть радости общения, страдания, заблуждения, надежда. Нематериальное...
Ну и чуточку материального, чтобы не стать совсем уж ангелом. Мерседес, ЛяРуш, мужчины.
Совершенно бессмысленная жизнь, которая дарит счастье и желание продолжать и продолжать!